Феномен шрамирования и его репрезентация в искусстве как особые интимные отношения с телом

Статьи по культуре » Феномен шрамирования и его репрезентация в искусстве как особые интимные отношения с телом

Страница 4

Все приведенные примеры являются иллюстрацией похоронного обряда. Однако всякого рода увечья применялись не только в тех случаях, когда умирал кто-то близкий (или старший во властной иерархии), но также и при обрядах инициации, которые в большинстве своем были связаны с болью и соответственно с определенным насилием над телом. Однако вернемся к возможным трактовкам нанесения субъектом себе порезов. Данная процедура может быть связана с несовпадением внутреннего состояния и внешних ощущений, то есть «непроявленности» внутренних переживаний на внешней оболочке. Делая надрезы, человек получает выход, он/ она видит внешнее проявление своего внутреннего переживания, теперь оно конкретизировано и локализировано и с ним проще справиться. Такое объяснение полностью совпадает с тем, которое давали уже упомянутые выше шошоны: они уверяли одного французского миссионера, что их душевная боль выходит через нанесенные ими самими раны.

Боль как феномен заслуживает отдельного рассмотрения, и поэтому я не стану заострять на нем много внимания, и хотя боль - это лишь представление о боли, согласно индийским йогам, именно она (или представление о ней) возвращает скарристов к ощущению реальности. В отличие от сильных наркотиков, к которым вырабатывается четкая зависимость и принятие которых необходимо для зависящего субъекта, о порезах можно сказать, что к ним прибегают в критических ситуациях, когда наступает депрессивное состояние и порез становится единственно возможным способом выведения себя из этого состояния. Так, героиня фильма «Секретарша» (Стивен Шейнберг, 2002) обращается к своему «спасительному набору» в критические моменты: когда возвращается домой из клиники и на свадьбе своей сестры видит отца, который напивается в очередной раз - ничего не изменилось. Вечером, когда родители начинают ругаться и отец ударяет мать, Ли прижигает горячим чайником ногу. Когда отец звонит ей с автомата, а она вынуждена выслушать посетительницу, и просит его подождать, но, вернувшись к телефону, понимает, что он уже повесил трубку. Или когда ее начальник мистер Грей отчитывает ее за опечатки. Еще одним свойством практики резания своего тела (хотя, наверное, и не универсальным) является толерантность, то есть необходимость увеличивать «дозировку» с каждым новым разом. Эстер («В моей коже») начинает с небольшой ранки на ноге: сначала она рассматривает ее, трогает, ковыряет, затем сама начинает делать надрезы, переходя к все более глубоким и серьезным, а затем даже начинает отрезать кусочки кожи по всему телу. В кино мотив нанесения себе ран обыгрывается именно с этой точки зрения, то есть с психологической стороны. Порез становится своеобразным способом решения проблем. Однако режиссер фильма «В моей коже» не дает нам никаких объяснений, и на протяжении всей картины мы остаемся лишь наблюдателями, даже когда зритель наедине с героиней, мы не проникаем в ее мысли, оставаясь отстраненными. Про героиню «Секретарши» известно, что она занимается этим с седьмого класса, мотивом к порезу, как уже описывалось, становятся сложные психологические ситуации, и более или менее логическое объяснение ее действиям дает мистер Грей (ее шеф), формулируя все в одном предложении, смысл которого сводится к тому, что внутренние переживания находят отражение на коже и, видя, как они заживают, героиня ощущает заметное облегчение.

Говоря о «телесном стыде», Н. Элиас обращается к понятию наготы, однако для нас это понятие также может быть полезным, поскольку относится к представлению своего тела на публике или когда на нас смотрит Другой. Стыд - это качество, приобретаемое в «процессе цивилизирования», он не является врожденным. «Современное "цивилизованное тело", которое резко выделяется из природной и социальной среды, - продукт длительного исторического развития, включающего социализацию, рационализацию и индивидуализацию тела». И. Кон пишет о том, что то, что наделяет тело культурностью, - это одежда, которая в свою очередь трактуется довольно широко, как и степень раздетости / одетости для каждой конкретной культуры. В таком случае шрамирование наряду с татуировками и пирсингом становится своего рода одеждой. Как подмечает И. Кон, боди-арт называют также личным искусством (personal art). Однако оно личное в том смысле, что выполнено на/в материале, которым является собственное тело или тело натурщика, т.е. на чем-то личном, а не в том, что это делается для себя (хотя сегодня татуировки и пирсинг прибрели налет «попсовости» и в принципе служат для удовлетворения личных эстетических потребностей).

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Другая информация:

Репин на рубеже веков
До сих пор речь шла о репинских работах, созданных, главным образом, на протяжении последней трети XIX века. Это время можно назвать классическим периодом творчества художника в том смысле, что именно с ним связаны все или почти все лучши ...

Среда формирования и становления индивидуальной художественной манеры Дж. Б. Тьеполо
В 18 веке в Италии продолжается застой в сфере экономики, сохраняется политическая раздробленность, зависимость от иностранных держав. Ее южная часть была подчинена непапским Бурбонам, Тосканой управляли члены дома Габсбургов, а в начале ...

Народное творчество
Академик Пельше писал: "Надо помнить, что народное искусство у всех народов несёт в себе отпечатки, глубокие следы тех хозяйственных, политических, бытовых , религиозных условий, в каких веками жил данный народ - они определяли и со ...