Первые работы. Истоки становления творчества мастера

Статьи по культуре » Художественная манера Джованни Батиста Тьеполо » Первые работы. Истоки становления творчества мастера

Страница 3

Над декоративным ансамблем дворца, заказанным художнику венецианцем Дионизио Дольфином, архиепископом Аквилейским, Джамбаттиста работал между 1726 и 1729 годами. Вначале он расписал свод над широкой парадной лестницей, изобразив там "Падение восставших ангелов". Затем, перейдя в галерею, исполнил на стене несколько сцен из жизни патриархов Ветхого завета ("Явление ангелов Аврааму", "Рахилъ, прячущая идолов", отделенных друг от друга монохромными фигурами Пророчиц, а на плафоне - сцену "Жертвоприношение Авраама" и два тондо с композициями "Сон Иакова" и "Агаръ в пустыне, утешаемая ангелом". Вслед за этим в Красном зале, служившем местом заседаний церковного трибунала, Тьеполо написал символический "Суд Соломона" и рядом с ним фигуры важнейших пророков - Исайи, Иеремии, Иезекииля и Даниила. Наконец, в Тронном зале было написано несколько портретных изображений древних патриархов, к сожалению, сильно пострадавших от времени и потому позднее значительно переписанных. В целом весь дворцовый декоративный ансамбль был подчинен единой иконографической программе, очевидно, разработанной и продиктованной художнику самим архиепископом и его теологами. В этих работах разыгрываются гораздо более драматические и героические события, чем прежде. Но это драма и героизм особого рода, драма не действий, а размышлений и дискуссий, героизм, часто сотканный из противоречий между замыслами и реальностью, героизм меланхолический.

В самой большой фреске архиепископского дворца, где изображено, как Лаван требует у Рахили спрятанных ею идолов, рассказ ведется в полуисторическом, полубытовом плане, с явным оттенком легкой иронии в хорошо разыгранной невинности Рахили и в ее подхихикивающих домочадцах и с тончайшим ощущением аркадской идиллии в светлом пейзаже и в фигурах пастуха и пастушки. Это сочетание иронии и поэзии, в котором величавое сливается с интимным, с еще большей яркостью выступает в двух других фресках - "Явление ангелов Аврааму" и "Ангел, возвещающий Саре ее материнство", причем в первой преобладает поэтическое, а во второй - ироническое начало. Авраам, в кроткой и благоговейной молитвенной позе падающий ниц перед видением трех ангелов, и старая, беззубая Сара в великолепной одежде с колючим воротником конца чинквеченто, с льстивой и в то же время жадной улыбкой встречающая пышно одетого ангела. Тьеполо создает здесь совершенно новое истолкование библейской легенды и вместе с тем новый тип ангела: это - отнюдь не библейский образ, а чаще всего хрупкое, женственное существо, со всеми признаками современного человека, кровно заинтересованного в земных событиях и в то же время поэтически над ними приподнятого.

Если рассматривать весь комплекс работ, выполненных Тьеполо по заказу Дольфин, как нечто целое, то сразу бросается в глаза, какой важный, переломный этап они знаменуют в творческой эволюции мастера. Именно здесь происходит своеобразное перевоплощение юношеского стиля Тьеполо, его романтической героики в новый образный строй - и в создании нового типа человека, и в приемах рассказа, и в колорите. Вместе с тем трудно представить себе более непосредственный и более созвучный отклик на состояние тогдашней Венеции, которая, несмотря на героизм и мастерство своего флота, теряла одно за другим свои восточные владения.

Характерно также для исторических композиций Тьеполо, что их содержание развертывается преимущественно в виде диалога. Таковы диалоги Муция Сцеволы с Порсеноной, Кориолана с матерью, посла римского сената - с Цинциннатом, Квинта Фабия Максима с карфагенским сенатором (Эрмитаж). Но, быть может, более всего настроениям Тьеполо соответствовали картины Венского музея: "Ганнибал, обнаруживающий отрубленную голову своего брата Гасдрубала" и особенно "Единоборство Этеокла и Полиника", где оба противника погибают в бою и где, казалось бы, победивший Этеокл, смертельно раненный, сползает с коня. Эта борьба без победы, эта слабеющая рука с копьем и закрывающиеся глаза умирающего героя - здесь Тьеполо находит одухотворенное выражение для близкой его настроениям темы. Сходные меланхолические настроения воплощены и в двух других выдающихся произведениях мастера этих же лет. В недавно обнаруженной в замке Цоппола, близ Удине, картине Тьеполо "Святой Рох" мы знакомимся с совершенно новым образом этого популярного в итальянской живописи святого. Он сидит с посохом и распятием в руках, в сопровождении своего верного пса, у покосившегося забора, на фоне светлого вечернего неба. Перед нами - бродяга-философ, человек чистой души и благородных, но неясных и скорбных мыслей. Здесь воплощен как бы прообраз интеллигента-одиночки 19 века, готового на самопожертвование и в то же время исторгнутого из общества.

Страницы: 1 2 3 4

Другая информация:

Рождение супрематизма
“ .Супрематизм творит форму совершенно новую или же первичную .” К. Малевич. От кубизма к супрематизму С наступлением ХХ века в искусстве все с большей интенсивностью вершились грандиозные процессы рождения новой эпохи, равной по значим ...

О трапезе в праздники
Следует иметь в виду, что по Уставу Церкви в праздники Рождества Христова и Крещения Господня, случившиеся в среду и пятницу, поста нет. В кануны праздников Рождества Христова и Крещения Господня, случившиеся в субботу и воскресенье, раз ...

Фаллический культ в Сирии
Люсьен де Самосат сообщает о существовании в Сирии фаллического культа богини. Люсьен де Самосат так рассказывает о назначении 54-метровых фаллосов: "Дважды в год на вершину одного из них забирается мужчина, чтобы оставаться там в те ...