Теоретические основы творчества Айвазовского

Страница 1

В основе творческого метода Айвазовского лежало романтическое восприятие мира. И это особенно характерно для его живописи 40-60-х годов. Художник всегда стремился и в жизни, и в явлениях природы выделять не типическое, а исключительное, необычное, редкое. В эти годы им созданы картины, отличающиеся особой звучностью, мажорностью цветового решения. В них с большим мастерством изображены ликующее в солнечных лучах море, сверкающие всеми красками закаты, тихие лунные ночи.

Среди работ этой поры особенно выделяются «Георгиевский монастырь» (1846), «Вечер в Крыму. Ялта» (1848), «Венеция» (1849), «Морской берег. Прощание» (1851), «Суда на рейде» (1851), «Севастопольский рейд» (1851), «Море» (1853), «Лунная ночь в Крыму» (1859), «Море» (1864), «Буря на Северном море» (1865) .

Созданию подобных произведений предшествовала неповторимая духовная атмосфера пушкинской поры, времени расцвета таланта К. П. Брюллова. Как Пушкину в поэзии, а Брюллову в живописи был свойствен строй чувств и мыслей гордых, вольнолюбивых, так и Айвазовский в своих романтических произведениях передал ощущение «упоения в бою», идею невозможности счастья без бурь и волнений.

После поездки в Италию окончательно сформировался оригинальный творческий метод Айвазовского: создавать морские пейзажи не с натуры, а по памяти. «Движение живых стихий неуловимо для кисти», – считал художник. Он писал воду с таким мастерством, что этот секрет не могут разгадать до сих пор.

Удаленность от моря, строгая обстановка комнаты в собственном доме в Феодосии вполне соответствовали методу работы живописца, требовавшему предельной сосредоточенности, внимания, творческого воодушевления. Основываясь на своей зрительной памяти, художник должен был восстановить в воображении и воплотить на полотне тот или иной пейзаж, образ, композицию. В автобиографических заметках И. К. Айвазовский так излагает свой художественный принцип: «Сюжет картины слагается у меня в памяти, как сюжет стихотворения у поэта; сделав набросок на клочке бумаги, я приступаю к работе и до тех пор не отхожу от полотна, пока не выскажусь на нем моей кистью. Я принимаюсь за работу и, так сказать, всею душой отдаюсь ей».

Живописец не мыслил творчество без домысла, фантазии, поэтического воображения, которому он больше доверял и которое больше вдохновляло его, чем непосредственное восприятие натуры. Зрительная память сохраняла на долгое время самое главное, существенное, очищенное от случайных, ненужных деталей представление о поразивших художника впечатлениях, и он смело переносил их на полотно. Этим, надо думать, и объясняется удивительная обобщенность живописных образов Айвазовского. А дар обобщенного видения был у него врожденным. Очень любопытно он писал об этом еще в академические годы, когда хотел оправдать своеобразие живописи одной из своих картин: "Если зритель станет перед картиной "Лунная ночь", и обратит внимание на луну, и постепенно, придерживаясь интересной точки картины, взглянет на прочие части картины, и, сверх этого, не забывая, что это ночь, которая нас лишает рефлексий, то подобный зритель найдет, что эта картина более окончена, нежели, как следует .".

Прошло почти сто двадцать пять лет с тех пор, как писались эти строки, а обобщенное видение, органически входившее в искусство Айвазовского, которым он владел в совершенстве и которое свободно применял в своем творчестве, до сих пор является предметом поиска современных художников.

Непосредственные натурные наблюдения, по-видимому, лишь давали толчок творческому воображению мастера; в дальнейшем он мог свободно импровизировать, развивать первоначальный замысел уже в процессе создания произведения. «Обаяние лунной южной ночи, нега ясного заката, ужас, нагоняемый на душу бурей или ураганом, — вот те чувства, которые вдохновляют меня, когда я пишу картину», — утверждал художник. Он овладел различными приемами изображения неба, моря, эффектов солнечного и лунного освещения, доведя в лучших своих маринах живописное мастерство до вершин совершенства.

Однако отказ Айвазовского от постоянного изучения природы таил в себе опасность; именно следствием такого творческого метода явилось то, что многочисленные работы талантливого художника оказались неравноценными. Интересно, что сам маринист писал по этому поводу: «Я должен признаться с сожалением, что слишком рано перестал изучать природу с должною, реальною строгостью .».

Н. С. Барсамов справедливо указывал, что избранный Айвазовским метод работы «полностью отвечал характеру его дарования, его натуре. И если во второй половине жизни, наставляя академистов, он говорил о необходимости настойчивого изучения природы и отмечал недостатки своего искусства, то это следует воспринимать не как отрицание им своего метода, а скорее как предостережение старого опытного мастера начинающим художникам».

Страницы: 1 2

Другая информация:

Творческие объединения художников XIX-XX веков
В масштабе деятельности целой группировки, но в более камерном, сравнительно с творчеством Врубеля, варианте в каждом отдельном случае, эстетическая платформа того нового искусства, о котором писал Белый, была реализована художниками &quo ...

Любимые растения японского сада
- Рододендрон малый (Rhododendron minus), вечнозеленый кустарник, цветет в июле фиолетово-розовыми цветками. - Пион древовидный «Барон д’Алес» (Paeonia ardorea «Baronne d’Ales»), цветки светло-розовые, махровые . - Пион древовидный «Бла ...

Стадии и законы движения коллектива самодеятельного творчества
Любой коллектив в своем развитии проходит определенные стадии, которые характеризуют его качественные стороны. А.Г. Ковалев выделяет три стадии работы коллектива: Стадия первичного синтеза. Стадия дифференциации. Стадия синтеза. Стади ...