Бодлер, как художественный критик

Страница 3

Чистые рисовальщики – это философы, извлекатели квинтэссенции.

Колористы же – это эпические поэты".

Наиболее достойный представитель романтизма - Эжен Делакруа, творчеству которого была посвящена отдельная глава. Не соглашаясь с общественным мнением, Ш.Бодлер писал, что "при имени Делакруа у людей до сих пор чаще всего возникает смутное представление о необузданности, мятежности, чуть ли не о взбалмошном вдохновении и беспорядочной непоследовательности".

Но именно эти качества присущи настоящим талантам. "Его произведения – это своего рода поэмы, великие, наивные поэмы, созданные с непринужденной дерзостью гения". Сравнивая "поэмы" Э.Делакруа с поэзией главы романтической школы В.Гюго, Ш.Бодлер решительно отдал предпочтение Э.Делакруа, ибо у него "даже самое прихотливое воображение зрителя находит для себя обильную пищу".

Бодлер объективен даже в отношении ценимого им Делакруа. Подмечая его недостатки, он тут же оправдывает его, говоря, что "гении никогда не ошибаются наполовину и обладают привилегией быть великими во всем".

Особняком стоит глава "О портрете", в которой Бодлер выстроил типологические обобщения, утверждая, что "существует две концепции портрета - историческая и романтическая. Во главе первой Давид и Энгр < .> Во главе второй Рембрандт и Лоуренс». Колористы должны стремиться к тому, "чтобы из портрета создать картину, полноценное лирическое произведение, где есть и пространство и поэзия", а сделать это возможно с помощью цвета.

Бодлер резко выступал против штампов в искусстве: "Когда певец прижимает руку к сердцу, это следует понимать как клятву в вечной любви; когда он сжимает кулаки, устремив взгляд на суфлера или на пол сцены, это означает: смерть предателю! Вот вам образцы шаблона!".

Также несколько особняком стоит и глава "О пейзаже", в которой автор резко отрицательно высказался по отношению к историческому пейзажу, который для него - "комбинация из написанных по трафарету деревьев, фонтанов, могил и погребальных урн < .> Всякое безнравственное дерево, которое позволит себе вырасти единолично и на собственный лад, тотчас срубается под корень < .> Исторические художники, которые боятся допустить самую мелкую естественную погрешность в своей работе, представляют себе ад в виде реального пейзажа с чистым небом и свободной пышной растительностью наподобие саванны или девственного леса" .

Скульптура для Бодлера казалась скучной, а весь этот жанр - "дополнительным". Программной для данного "Салона" стала последняя глава "О героизме в современной жизни", в которой Бодлер, рассуждая об идее красоты, пришел к выводу, что "поскольку всем векам и всем народам была присуща своя красота, то, следовательно, и мы не обделены ею". Художнику не стоит замыкаться на общественной и официальной тематике, ибо "частная жизнь дает немало примеров иного героизма".

""Газет де Трибюн" и "Монитер", - писал Ш.Бодлер, - развлекая читателей картинками из жизни высшего света и беспорядочного существования тысяч обитателей городского дна – преступников и продажных женщин, - убеждают нас, что стоит только открыть пошире глаза, и перед нами предстанет героизм наших современников".

"Салон 1846 года" помог Ш.Бодлеру разбить существовавшие стереотипы официальной критики и под предлогом отчета о выставке предоставить публике настоящее исследование о состоянии современной живописи. Он выступил и в качестве теоретика, и в качестве историка искусства. Бодлер показал, что как художественному критику, имеющему четко выбранную позицию, ему присуща широта понимания различных школ. Примером тому стало его отношение к творчеству Энгра, который был далек от романтизма, но которого Ш.Бодлер считал вторым после Э.Делакруа.

"Талант г-на Энгра, скупой, жесткий, гневный и болезненный, являет собой диковинную смесь противоречивых качеств, целиком отданных служению натуре, и самая странность этого таланта составляет не последнюю из его притягательных черт. Выполнение у него чисто фламандское, рисунок отмечен индивидуализмом и натурализмом, внутреннее пристрастие влечет его к античности, а разум – к идеализму".

В 1829 году Э.Делакруа выступил в журнале "La Revue de Paris" с негодующей статьей по поводу тех критиков, жертвой которых он стал, обвинив их в некомпетентности. Он, как и Бодлер, считал, что задачей хорошего критика является беспристрастное понимание намерений художника и оценка того, как это выражено на холсте.

Страницы: 1 2 3 4 5

Другая информация:

Произведения периода 1440-1450-х годов. Поворотный момент творчества
Первые признаки перемены стиля намечаются в живописи Филиппо Липпи около 1440 года. Их можно заметить уже в «Мадонне», находящейся сейчас в галерее в Тарквинии и датированной 1437 годом. Мадонна Тарквиниа, написанная для флорентийского ар ...

Праздник поминовения усопших
Главным весенним праздником является праздник «Цинмин», то есть праздник «чистого света», отмечающийся спустя 105 дней после зимнего солнцестояния (5-6 апреля по новому стилю). Праздник «Цинмин» – это одновременно и печальный, и жизнеутв ...

Художник-иллюстратор детской книги В.А. Милашевский
Владимир Алексеевич Милашевский проиллю­стрировал и художественно оформил около 100 книг для детей и юношества. Но Милашевский никогда не принадлежал к так называемым «детским» художникам. С та­ким же успехом иллюстрировал он произведения ...