Картина «Христос и грешница»

Страница 1

Крупноформатное полотно «Христос и грешница», предтеча будущей серии «Жизнь Христа», было завершено 1888 году в Москве и выставлено на передвижной выставке в Петербурге. Картина сочетала строгую архитектонику академизма с жанровым реализмом передвижничества. Полотно, так непривычно изображающее евангельское ее бытие, сначала не было разрешено цензурой Победоносцева. А президент Академии художеств великий князь Владимир сказал: «Конечно, для нас картин интересная, но для народа она вредна». Однако приехавший на выставку Александр III, как ни странно, разрешил обнародовать полотно.

До того как попасть в Русский музей (1897), «Грешница» находилась в Зимнем дворце, где к ней привесили надпись: «Блудная жена». Василий Дмитриевич возмущался: «Да нет же! Грешница не блудная жена, с ней случилось несчастье, она впала в грех, как грешили и те, что не решились бросить в неё камень .».

Некоторые критики обвиняли Поленова в оскорблении религиозного чувства, в отходе от канонического образа Спасителя. Но много было и положительных рецензий - Гаршина, Короленко, Стасова и других. А вот отзыв Е.М.Татевосяна: «Это было событие, это был настоящий праздник, особенно для нас, молодёжи, учеников его. Мы праздновали точно свою победу.

После традиционных, почти чёрных картин «Грешница» была светлым, жизнерадостным, горячо-солнечным произведением в холодной, снежной Москве. К тому же она была дерзким вызовом для религиозных ханжей.

Знойный южный день; солнце перешло за полдень и, бросая недолгие тени, ярко освещает преддверие иерусалимского храма с широкою каменного лестницею, ведущею в сени, поддерживаемые колоннами красного порфира, с несколькими старыми, корявыми черно-зелеными кипарисами, возвышающими свои вытянутые, сжатые вершины в ясную синеву южного неба; справа виден бедный опаленный солнцем восточный город, уходящий в гору.

На дворе храма волнение. Только, спешащий на работу в поле после полуденного отдыха крестьянин, взгромоздившийся на смиренного ослика вместе со своими кирками и мешками, да небольшая кучка людей, сидящая слева внизу у лестницы, не разделяют этого волнения. Несколько женщин и какой-то поселянин, пришедшие с провизией и клетками с птицей, может быть, для продажи, а может быть, и для жертвы, еще не поняли, зачем ворвалась в ограду эта шумная толпа, зачем она ведет какую-то женщину.

Группа Учителя с учениками полна спокойного ожидания. В бедных запыленных дорожных одеждах, в грубой обуви сидят они: юноша Иоанн, вперивший в толпу задумчивый взгляд, два брата Заведеевы, с некрасивыми, но умными и сильными лицами; тут же и человек, носящий суму через плечо, с острыми, сухими чертами лица, с общим характером доктринерства, какое и владело его душой и погубило его, - казначей Иуда. Вблизи них и Учитель. Он обернулся к разъяренной толпе, ведущей преступницу, и спокойно ждет вопроса предводителей.

Толпа передана художником живою. Он проник в самую сущность массового движения и выразил стадное чувство, большею частью преобладающее в нем. Большинство толпы - равнодушные, повинующиеся только этому чувству, которое велит бить - будут бить, велит плакать - будут плакать, велит кричать «осанна!» и подстилать одежды - будут сами ложиться под ноги грядущего. Они горят не своим огнем; все дало им общее возбуждение; как стадо овец, они готовы шарахнуться за первым, на кого более других подействует внешняя причина. Многие, быть может, и не знают, кого ведут и за что будут бить. Таков высокий флегматик, держащий преступницу за плечи и ведущий ее перед собою. Ведет, очевидно, не он, а нечто ему совершенно не известное, с чем он и не считается, о чем и не думает; он только старательно исполняет чужое веление и с добросовестностью современного полицейского тащит туда, куда, как он полагает, почему-то тащить следует.

Тут и улыбающийся рыжий еврей; в его улыбке есть что-то двусмысленное; быть может, он накануне покупал ласки этой самой женщины-ребенка или подобной ей. Тут же и юноша, заглядывающий на нее с любопытством еще не проснувшейся страсти, - ему тоже суждено участвовать в грехе, подобном совершенному ею; сгорбленный старик с потухшим взором, покопавшись в своей памяти, найдет и свое, участие в таких же делах. И все они ведут побивать ее камнями. Такова толпа. Но видны в ней и иные лица: фарисей, разъяренный до последних пределов, готовый растерзать в куски сам, своей волей; другой, с восторгом слушающий, как два священника, выступившие вперед толпы, бешено кричат Иисусу: «Моисей повелел нам, а ты?» Он впился в них глазами и разделяет их радость и торжество: ненавистному бунтовщику, возмутившему стоящее болото Мертвого закона, задан вопрос, который его погубит. Священники, составляющие центр картины, составляют и основу ее содержания. Привычная важность еще несколько сдерживает одного из них, высокого чернобородого, с сильною проседью старца, но другой, рыжий, с одутловатым лицом, весь обратился в ненависть, дикую, безумную. Что для них бедная девочка! Не все ли равно, растерзают ее или останется она жива? Она почти не существует для них; вся сила их ненависти направлена на этого простого, спокойного человека, хладнокровно слушающего их вопли.Что скажет Он?

Страницы: 1 2

Другая информация:

Эклектика
Использование смешанной стилистики или комбинация предметов различного происхождения, стилей и времен. Эклектика становится стилем в интерьере, если он спроектирован по принципу сочетания не более двух-трех стилистических типов, объединен ...

Традиционные праздники коми-язьвинцев
В Верх-Язьвинском сельском поселении Красновишерского района - единственном месте компактного проживания коми-язьвинцев - проводится древний праздник "Сарчик". Традиционно "Сарчик" собирает в д. Антипина жителей всех к ...

Христианство
Возникновение христианства. В отличие от ранних религиозных систем, складывавшихся в процессе фор­мирования древних очагов цивилизации на Ближнем Востоке, христианство появилось сравнительно поздно, в условиях уже развитого общества с ост ...