«Визбор – певец мужества, истинной доблести, мужского рыцарства»

Статьи по культуре » Феномен жизни и песенного творчества Юрия Визбора » «Визбор – певец мужества, истинной доблести, мужского рыцарства»

Страница 6

Ведь нет земли такой

В других концах земли.

Созидательную роль творчества Юрий Визбор осознавал очень хорошо: «Мы говорим, что время делает песни. Это верно. Но и сами песни чуть-чуть делают время. Входя в нашу жизнь, они не только создают её культурный фон, но часто выступают как советчики, выдвигают свою аргументацию в тех или иных вопросах, а то и просто рассказывают. Они становятся «делателями жизни», как и всякое иное искусство».

Визбор всю свою жизнь доступными ему средствами боролся за утверждение самодеятельной песни, за её достойное место. Еще, будучи журналистом «Кругозора», он рассказал на его звуковых страницах о ленинградских «бардах»: А. Городницком, Е. Клячкине, Б. Полоскине, В. Вихореве. Он спел там же песни воинов-альпинистов «Баксанскую» и «Барбарисовый куст». Писать песни для кинофильмов он приглашал непрофессиональных композиторов В.Берковского и С.Никитина, и этот союз был весьма плодотворным. Визбор неоднократно бывал председателем жюри различных смотров и конкурсов самодеятельной песни во многих городах бывшего Союза. Он открывал там клубы самодеятельной песни, прослушивал на предварительных отборах сотни участников, поддерживал талантливых. Никто из авторов самодеятельной песни не знал так близко все проблемы клубов самодеятельной песни в Москве и других городах, как Визбор.

Одна из ярких страниц творчества Юрия Визбора – его песни о горах. Он – признанный певец мужской дружбы, товарищества. Никто другой из самодеятельных авторов так хорошо не был знаком с горами, никто не отдал столько сил, таланта, чтобы выразить свою любовь к горам. Он не только воспевал горы, но и всеми средствами своего творчества – в очерках, рассказах, повестях, кинофильмах, в своих рисунках – делился увиденным с другими.

Через всё более чем тридцатилетнее творчество Юрия Визбора тянется поэтический горный хребет, составленный из его песен, где есть свои вершины, перевалы, долины, реки…

Вот первое очарование горами, ещё в начале 50-х: «Теберда, Теберда, голубая вода», «В облаках стоят вершины», «Синей дымкою горы подернулись». Горы для него – одухотворенные существа, без идеалистической мистики, конечно, – просто таково его поэтическое видение. Он наделяет их многими качествами живого, человеческого.

«Что манит в горы? Наверное, прежде всего сами горы, прекрасные, неповторимые, разные. Каждый горный район – поток открытий… Горами можно любоваться бесконечно, смотреть на них как на огонь или бегущую воду» – говорил Визбор. Но если бы он остановился только на этом, то остался бы просто пейзажистом, эстетом.

«Лыжи у печки стоят, гаснет закат за горой». О чем эта песня? Разве о лыжах, о закате? (Кстати, отшучиваясь от разных критиков – дескать, автор не прав, лыжи у печки ставить нельзя, Визбор говорил, что писал не инструкцию по хранению лыж.) Он сумел быстро подняться от первоначально доминировавшего в его песнях эмоционально-психологического, конкретного уровня восприятия – хотя декорации, вещественно-предметный антураж и остались – до более глубоких истин, до обобщений и выводов более широкого плана, до философского понимания смысла гор. Как пик имеет несколько граней, так и гора для Визбора – понятие многоплановое. Горы – это не только красиво. Гора для альпиниста, по Визбору, – объект творчества, он «возделывает сам себя, засевает поле своей судьбы мужеством, взращивает мощные и прекрасные всходы».

Отыщешь ты в горах

Победу над собой.

Самоутверждение, проверка самого себя, чтобы не забыть своего предназначения. И чем сложнее восхождение, тем дороже победа:

И потому, что путь туда опасней,

На эту гору выйти нам пора.

Зачастую для поэтического героя-альпиниста горы – это убежище, пристанище, врачеватель, но не попытка убежать от действительности, а возможность передышки:

Горы, мудры и туманны,

Встанут выше облаков

И залижут наши раны

Языками ледников.

Юрий Визбор побывал во многих горных районах бывшего СССР: на Кавказе, Памире, Тянь-Шане, в Хибинах, бывал он и в Польских Татрах. В 1967 году мог подняться на пик Ленина, но на подходах сложилась аварийная обстановка и ему пришлось доставлять вниз пострадавшего. В 1977 году на Юго-Западном Памире он вместе со своими неизменными товарищами поднялся на одну из безымянных вершин высотой 5800 метров, названную ими по праву первовосходителей пиком Василия Шукшина. В своём дневнике он записал 3 июля: «Счастливейший день! Прошли в лоб кулуар и вышли на гребень. Огромные снежные поля. Вершина. Весь Памир!». А 5 июля уже появилась песня:

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Другая информация:

Огюст Ренуар
Жизнерадостное восприятие мира, присущее в целом всему импрессионизму, особенно отчетливо проявилось в творчестве одного из крупнейших представителей этого направления Огюста Ренуара (1841-1919 гг.), за свою жизнь он написал более 60 карт ...

Специфика культурологического изучения техники
Из многочисленных определений видно, что техника предстает как многогранное, многоаспектное явление. Можно выделить пять важнейших аспектов техники, изучаемых различными науками. 1. Инструментально-технологическое измерение, составляющие ...

Архитектурное наследие гения
Построенная Брунеллески Ризница в церкви Сан Лоренцо – первый интерьер кватроченто, первая ячейка новой архитектуры, возникшая в недрах средневекового здания. Заказчиком Ризницы был Джованни Аверардо Деи Медичи, «человек уважаемый, один и ...